... и речка Сура

 Течет под Пензой река Сура. И соорудили на ней дамбу. И назначили зимой на этой дамбе учения. В соответствии с замыслом нарядили меня в «Викинг» и бросили в воду в качестве «утопающего». С поверхности воды я вижу, как на дамбе мечутся люди, суетятся. Значит, учения идут. Вдруг все куда-то быстро засобирались и ушли. Как потом выяснилось — по расписанию на обед. Плаваю я в реке и размышляю. О Суре, о ее глубине, скорости течения, температуре воды и солености. О последней просто так подумал. «Викинг» и так на воде хорошо держит, а в соленой держал бы еще лучше. Потом стал думать о заупокойных сурах Корана и о сурках, которым зимой очень неуютно. Время идет медленно, а на дворе не май месяц. Думаю, что пора бы меня уже и вытаскивать, а то я уже серьезно «отсурел» в «Викинге». В нем семь миллиметров неопрена, без которого любой викинг в этой Суре давно бы уже окочурился! Но плыть к берегу пока не собираюсь, чтобы не разрушить стратегический план учений. Потом уже мне рассказали, что во время обеда министр спохватился: «А Корольков где?» Ну, народ вспомнил — где. Засуетились, бросились меня спасать. Первым прилетел вертолет BO-105, на нем Гарик Корнеев. Подцепил меня лебедкой и хочет затащить на борт, а не получается. В то время у меня были длинные волосы, которыми я очень гордился. На ветру они смерзлись наподобие «ирокеза». Упирается этот гребень Гарику в живот и никак не дает ему ухватить меня, сподручнее за жабры...

С той поры я министру по гроб жизни обязан за хорошую память.